- Главная
- Газета «ТПВ» on-line
- Газета «ТПВ» on-line
Битва мировых валют
Ускорение глобализации и формирование нового мирового порядка по-американски долгое время инициировалось финансово-политической элитой США с целью установления окончательного контроля над мировыми ресурсными и финансовыми рынками. При этом монопольно и бесконтрольно эмитируемый ФРС доллар в качестве национальной и одновременно мировой резервной валюты был главным инструментом и оружием достижения финансовой гегемонии. Действительно, по состоянию на конец прошлого века доллар составлял от 50 до 100 % валютных резервов большинства стран мира, а в некоторых странах, например, Аргентине, Эквадоре, Турции и ряде других менее крупных стран, вообще вытеснил национальные валюты на внутренних рынках. На тот момент до 80 % денежных средств, имевших свободное обращение в структурах мировой финансовой системы (МФС), были номинированы в долларах. Американские частные фонды могли легко обваливать экономику развивающихся стран (Малайзия, Индонезия, Южная Корея, Аргентина).
Но одновременно в Европе тихо набирало силу евро, а в Азии после кризиса 1978 года уже открыто раздавались призывы отказаться от долларовой зависимости, однако авторы мировой глобализации на Уолл-стрит были уверены, что гегемония доллара состоялась раз и навсегда и можно игнорировать укрепление национальных экономик и решимость развивающихся стран приступить к созданию региональных валют как средству защиты от гегемонии доллара.
К середине 90-х годов в мире произошли два важных знаковых изменения. Во-первых, наиболее значительный и наиболее перспективный сегмент мировой экономики в лице развивающихся рынков на данном этапе глобализации осознал, кто и как создает финансовые кризисы и какова роль монополии доллара в этих операциях. Пришло понимание, что это инструмент в руках американской финансовой олигархии для захвата сначала финансового, а затем и политического контроля над национальными экономиками. Американские банки, многочисленные фонды – инвестиционные, хеджевые, благотворительные, фонды в защиту всего и вся в мире, а главное – демократии – делали это уже открыто. Финансовая игла и военно-политическая кувалда действовали согласованно и говорили уже не о необходимости, а о неоспоримом праве США руководить миром.
Во-вторых, эти страны, в отличие от США, накапливали не деривативы, а золото и, накопив его больше, чем имеют американские банки и правительство де-факто, достигли уровня финансовой самостоятельности.
В планах глобалистов им отводилась роль подконтрольных источников сырья и фабрик дешевого производства, но процесс пошел своим путем – глобализация открыла им доступ к независимым источникам инвестиций развивающихся стран, обеспечила модернизацию, открыла возможности реинвестиции прибыли в экономики развитых стран, включая США.
Бывшие сырьевые придатки стали полноправными игроками в мировой финансовой системе и приступили к созданию оппозиции доллару. Однако в США ни банкиры северо-восточной финансовой группы, ни упоенные могуществом нефтяные магнаты Техаса, ни их президент не придали должного значения указанным изменениям оппозиции доллару. Монополизм и бесконтрольность лишают чувства реальности и ответственности даже очень умных людей. Припомним, что в середине 90-х годов прошлого века популярным заголовком и финансовых, и экономических, и военных аналитиков был штамп: «США – одни на вершине».
Увлечение бумажными деривативами и электронными операциями без товарного обеспечения на электронных биржах, укрытие прибыли от налогов через систему хедж-фондов, размазывание кредитных рисков через ипотечные фонды привели к отрыву денег от товара, деньги стали виртуальным товаром, но здание любой финансовой системы не может стоять на виртуальном фундаменте, и обвал в форме кризиса произошел. Как следствие и один из результатов наблюдаемого кризиса – потеря долларом статуса мировой резервной валюты.
Процесс смены этого важнейшего инструмента МФС, в отличие от горного обвала, не моментальный, но весьма растянутый во времени, поскольку распространяется на всю мировую и каждую национальную экономику. В силу этого обстоятельства среди специалистов еще сохраняется два принципиальных мнения: одни (их меньшинство) считают, что доллар устоит, вторые доказывают, что в качестве национальной валюты – да, в качестве мировой резервной – нет.
Доказательства в пользу первой точки зрения сводятся к тому, что американская экономика самая крупная (20 % мирового ВВП), самая передовая в мире, внутренний рынок потребления также самый емкий. Кроме того, доллар по-прежнему остается главным расчетным средством в мировой торговле, лежит в основе мировой экономики и в основе национальных валютных резервов практически всех стран.
Вывод: колосс шатается, но не упадет.
Да, все изложенные аргументы правдивы.
Противники этой точки зрения указывают на следующие факты: государственный долг США превысил все теоретически допустимые пределы. Золотовалютные резервы снижены до такого уровня, что их давно засекретили и страна де-факто – банкрот. Промышленное производство стагнирует, из мирового экспортера зерна и промышленных товаров США превратились в мирового импортера: доля в мировом производстве – 20 % за счет производства вооружений, но доля потребления – 40 % мирового уровня. США стали мировым экспортером виртуальных денег, но они ничем не обеспечены. Бюджет много лет перманентно дефицитен, растет безработица и одновременно растет военный бюджет. Кризисные денежные «пузыри» правительство США решает с помощью все того же печатного станка, значит инфляция доллара в той или иной форме неизбежна. Это понимают все, и доверия к доллару уже нет, а серьезные противники, с которыми он уже не может справиться, есть, и они активно отвязываются от американского доллара, а значит и от американской политики.
Разбавляя экономику аллегориями, можно сказать следующее: такое количество дисбалансов свидетельствует о том, что флагманский корабль мировой экономики, как некогда капитан «Летучего Голландца», решил, что законы моря ему не указ, налетел на камни, медленно тонет, а чтобы удержаться на поверхности, надо срочно сбрасывать балласт непосильных амбиций.
И эти аргументы – тоже правда.
Что же это значит, если каждый прав?
Это значит, что корабль еще на плаву, но команда уже потеряла доверие к капитану и начинает действовать по принципу «спасайся кто может». Однако упрямый капитан еще пытается бороться за власть. Рассмотрим, кто его противники и как он с ними борется?
Основными противниками доллара являются старые национальные валюты – швейцарский франк, британский фунт, японская йена, китайский юань – и новые региональные валюты, как состоявшиеся – евро, так и только создаваемые – рубль, «золотой» динар, динар Залива, сукре.
В Европе наиболее устойчивой валютой является швейцарский франк. Франк успешно переживал все кризисы благодаря своей независимости и от США, и от Евросоюза и при этом постоянно укреплялся по отношению к доллару. По мере нарастания проблем в экономике США все большее количество американских фирм и граждан переводили свои доходы и сбережения в Швейцарию, где по закону любая валюта для хранения переводится во франки. К концу столетия франк, будучи всегда мировой валютой, набрал силу и стал конкурентом доллара на мировых биржах. Конкурента надо было убрать, и последовала серия скоординированных операций со стороны правительства и банков США.
В 2008 году с началом кризиса стало очевидно, что швейцарский франк укрепляется за счет бегства денег из США. В ответ по швейцарским банкам было нанесено два скоординированных по времени удара. Сначала под предлогом контроля увода доходов от налогов Налоговое ведомство США потребовало от швейцарского банка «ЮБС» открыть все счета американских граждан (было открыто 4450 счетов), после чего последовал массовый отток денег со счетов. А затем в том же 2008 году правительство США наложило штраф в сумме 536 млн долларов на банк «Кредит Свис» за работу с государствами, на которые США наложили эмбарго. Результатом стал новый массовый отток этих капиталов из банков.
Итог – доверие к швейцарским банкам подорвано, рейтинг снижен, конкурент ослаблен.
Евро – основной противник доллара, давно и успешно состоявшаяся вторая мировая резервная валюта. Еще в 2000 году она вышла за пределы европейской зоны, и к настоящему времени в евро осуществляется по разным оценкам от 35 до 40 % мировых расчетов в МФС и от 30 до 45 % – в национальных валютных резервах стран за пределами ЕС. Мощная кампания администрации и финансовых кругов США уничтожить или ослабить евро была предпринята весной этого года.
Первый залп дали американские (они же крупнейшие мировые) рейтинговые агентства «Мудис» и «Стандарт энд Пуэрс» в апреле, когда согласованно понизили национальные рейтинги Греции, Италии, Испании и Исландии. Их немедленно поддержала американская пресса шквалом публикаций о неизбежности суверенного дефолта Греции и Португалии. Последовала серия выступлений видных американских экономистов о неспособности Евросоюза справиться с финансовым кризисом.
Затем в мае в дело вступила более тяжелая артиллерия – серия выступлений «рулевых» американского финансового бизнеса (Сороса, Баффета и др.), пытающихся убедить Европу, что единственной возможностью спасти евро от краха является исключение Греции, а затем и Португалии с Испанией из Евросоюза, т. е. налицо попытка развалить Евросоюз. Одновременно последовала серия откровенно ложных публикаций в «Файненшиал Таймс» о намерении Китая полностью избавиться от евро и перевести свои запасы в доллары. Весь май эмиссары Уолл-стрита посещали страны Европы и убеждали правительства «отпустить» Грецию из ЕС в обмен на незначительные преференции в двухсторонних отношениях, что должно было запустить механизм развала Евросоюза. На всех саммитах «двадцатки» США убеждали Германию и Францию не вводить режим экономии и контроля за банками, а пойти американским путем – увеличить денежную массу евро.
Однако усилиями Германии и Франции – двух локомотивов Европы, при поддержке Бельгии и Голландии поезд Евросоюза удалось удержать на рельсах. Более того, из этой битвы ЕС вышла более сильной – на деньги Германии и Франции был создан Европейский валютный фонд, что ослабило позиции МВФ как инструмента США для финансового контроля над Европой. Решением французского правительства страховое агентство «Софас» было преобразовано в Единое европейское банковское рейтинговое агентство, что кладет конец монополии американских рейтинговых агентств не только в Европе, но и в мире, поскольку о готовности стать его клиентами уже заявили крупнейшие банки Азии и даже Австралии и Новой Зеландии.
Отбив финансовую атаку США, Евросоюз стал стремительно преодолевать последствия кризиса: по итогам 1-го квартала 2010 года, по объему экспорта Европа впервые обошла Китай, объем промышленных заказов вырос на 22 %, что резко сократило безработицу. По всем экономическим показателям 2010 года ЕС обошло США и теперь бросает вызов Китаю.
Итог: финансовая «битва за Европу» была проиграна, самый сильный противник доллара победил, и данный факт многие специалисты считают переломным в судьбе доллара. На борьбу с остальными противниками уже нет сил.
А что происходит в Азии, где реальный противник доллара – юань?
В Китае одновременно осуществляется три процесса:
1. Постепенное снижение доли доллара в валютных резервах – с 81 % в 2005 году до 65 % в 2009-м (разницу в 16 % заменил евро).
2. Быстрое расширение на фоне кризиса прямых двусторонних расчетов в парах юань – национальная валюта торгового партнера (свот-контракты). Так, только за последние полтора года Китай заключил трехгодичные свот-контракты с Гонконгом на сумму 200 млрд юаней, с Южной Кореей – на 180 млрд, с Индонезией – на 100 млрд, с Малайзией – на 80 млрд, с Аргентиной – на 70 млрд, Венесуэлой – на 50 млрд, с Белоруссией – на 20 млрд и с Россией – на 100 млрд юаней.
3. Обратное реинвестирование: в 2009 году Китай реинвестировал в США 9,6 млрд долларов в акции крупнейших банков (City Group, Morgan Stanley, Bank of America) и высокотехнологичных предприятий (Coca-Cola, Apple, Johnson & Johnson, Motorola).
Очевидно, что в своей манере, без громких заявлений на публику, Китай избавляется от долларов и переходит к международным расчетам на юань, и здесь США мало что могут сделать..
В борьбе с юанем у США патовая ситуация – им практически нечем угрожать Китаю, потому, что Китай – крупнейший держатель долларов (2,5 трлн) и теоретически может обрушить доллар и всю экономику США. Практически это не произойдет, поскольку Китай сам находится в ситуации «поймал медведя», и обесценение доллара означает обесценение собственных национальных валютных резервов, которые еще более чем на половину номинированы в долларах. Кроме того, Китай активно наращивает реинвестиции в экономику США. Обе страны в финансовом клинче, но время, очевидно, играет на Китай, и перспективы выиграть США не имеют.
В соседних с Китаем странах идет иной процесс, но также направленный против монополии доллара – укрепление национальных валют золотом или неявный процесс возвращения к золотому стандарту. Так, Индия сокращает долю доллара в национальных валютных резервах, но в отличие от Китая доллары конвертируются не в американские акции, а в золото. В 2009 году Индия купила в Европе 200 тонн золота на доллары и планирует новые закупки в конце текущего года. Правительством объявлена и уже осуществляется масштабная программа превращения рупии в свободно конвертируемую валюту на золотой основе.
Малайзия, Пакистан, Бангладеш, Индонезия, Бруней реализуют проект региональной валюты на основе золотого стандарта – «Золотой» динар», чтобы исключить доллар из расчетов между собой. «Золотой» динар (4,25 гр. золота) уже реально чеканится в Малайзии и Индонезии и выводится на внутренние рынки. О желании присоединиться к проекту официально заявили Йемен, Судан и Танзания. Доля новой валюты в обороте еще незначительна, но в совокупности с другими вышеуказанными процессами она реально сокращает сферу обращения доллара в регионе. Другая уникальная особенность этого проекта в том, что он является попыткой создать не просто региональную, а религиозную валюту. Данный проект не содержит немедленной и масштабной угрозы доллару в силу малого участия этих стран в мировой экономике и в МФС, поэтому финансовая олигархия США не предпринимает целевых мер противодействия, однако в совокупности с монетарными политиками остальных стран Азии этот проект вносит свой вклад в сокращение зоны доллара в Азии.
Молчаливую угрозу для доллара представляет и Япония, которая не декларирует планов сокращения долларовых резервов, но имеет вторые в мире по величине валютные запасы (после Китая) и также укрепляет национальную валюту. Многие исследователи задаются вопросом: может ли японская йена заменить доллар в азиатском регионе? Для этого есть многие предпосылки: йена реально присутствует в валютных резервах многих стран и сейчас укрепляется в процессе выхода из кризиса. Такие планы совсем недавно озвучивал премьер-министр Японии Сидзо Абэ.
План предусматривал создание в странах региона по примеру Европы расчетной единицы на основе йены – АКЮ. Однако Китай не поддержал инициативу, и этого оказалось достаточно, чтобы похоронить АКЮ. Китайскому юаню не нужен соперник на пороге собственного дома, и сейчас йена при всей мощи японской экономики скорее играет роль «валюты убежища», в которую краткосрочно вкладываются игроки мировых бирж при колебаниях валютных пар в расчете на стабильность.
Йена – валюта стабильная, хорошо обеспеченная и теоретически может претендовать на замену доллара. Однако кроме молчаливого вето Китая в настоящий момент этому мешает целый ряд объективных факторов, таких как недостаточное присутствие йены в валютных резервах других стран (нужно не менее 20 %), сильная ориентация на американский рынок, полная энергетическая зависимость, недоверие к Японии всех соседних стран Азии, специфический язык и, главное, – растущая конкуренция юаня.
Таким образом, можно констатировать, что в Азии зона доллара объективно сокращается.
Третьим путем идет вытеснение доллара из межгосударственных расчетов в зоне Персидского залива, где в рамках Совета содружества государств Персидского залива (ССГПЗ) реализуется программа «Динар Залива» с участием в ней четырех стран региона – Саудовской Аравии, Кувейта, Катара и Бахрейна. В 2009 году указанные страны создали Валютный союз с Центральным Банком в Эр-Рияде. Первоначально здесь также предполагалось перейти на местный золотой стандарт. Но в настоящее время возобладал менее радикальный и более осторожный подход привязки курса новой валюты к мультивалютной корзине. Бахрейн уже в порядке эксперимента привязал свою валюту к мультивалютной корзине. Плавный переход на новую валюту запланирован на период 2012–2015 гг. Причем к завершающему этапу перехода предусмотрено создание общего рынка ССГПЗ. Две страны, входящие в эту организацию, – ОАЭ и Оман – пока воздержались от вступления в Валютный союз, но, как недавно заявил министр финансов ОАЭ Аш-Шади, переход на единую валюту региона – вопрос решенный и остается стратегической целью всех стран Залива. Временная позиция ОАЭ будет пересмотрена как только удастся справиться с инфляцией, вызванной глобальным финансовым кризисом.
Еще активней идет процесс защиты от доллара на так называемом «заднем дворе» США – в странах Латинской Америки, где одновременно реализуются три антидолларовых проекта с разными стратегиями, охватывающие весь континент с севера на юг.
1. Девять стран Центральной Америки (все, за исключением Мексики) в 2009 году утвердили состоящий из 41 пункта общий «План экстренных мер», основные задачи которого – создание вместо доллара общей региональной валюты для взаиморасчетов, унификация финансовых законодательств, создание единого расчетного центра и, в конечном счете, формирование общего рынка по примеру Европы. В настоящее время идет унификация национальных финансовых систем.
2. Южнее, между семью странами – участницами Боливарианской инициативы (ALBA) (Венесуэла, Боливия, Никарагуа, Эквадор, Гондурас, Куба, Доминиканская Республика) на основе их мультивалютной корзины вводится новая валюта – «сукре». Несмотря на усилия США объявить этот проект нереальным, с февраля текущего года Куба и Венесуэла реально осуществляют первые взаиморасчеты в этой валюте.
3. Еще южнее две самые крупные страны континента – Бразилия и Аргентина – с 2009 года перешли к взаиморасчетам в национальных валютах по системе SML, которая предусматривает не создание новой валюты, а поэтапное вытеснение доллара национальными валютами сначала в расчетах на уровне малого и среднего бизнеса, потом на уровне крупных компаний, а через 4-5 лет на уровне межгосударственных. При этом следует отметить, что объем двустороннего торгового оборота этих стран – более 25 млрд долларов, и потеря такого сектора обслуживания весьма ощутима для американских банков. В этом году Бразилия подписала аналогичное соглашение с Уругваем.
Особо следует отметить, что на аналогичную систему расчетов на межгосударственном уровне Бразилия переходит с Китаем, Индией и Россией в рамках группы БРИК.
Таким образом, очевидно, что отказ от доллара на всех континентах перешел в активную фазу, и потеря статуса главной международной резервной валюты для него – вопрос времени.
И, наконец, опубликованный в июне с. г. очередной ежегодный глобальный cоциально-экономический анализ ООН (World economics & social survey 2010), где констатировано: «доллар показал, что он не является более стабильным средством сохранения стоимости, что является необходимым атрибутом стабильной резервной валюты», – это приговор главному инструменту глобализации по-американски.
Что касается времени, то сами американские экономисты и финансисты определяют его периодом от пяти до десяти лет, в ходе которого доллар постепенно станет национальной свободно конвертируемой валютой США наравне с британским фунтом стерлингом, который в начале 50-х годов претерпел похожую эволюцию.
Как же будет выглядеть система международных расчетов на следующем этапе глобализации мировой финансовой системы и какое место в ней займет рубль, можно будет увидеть в обозримом будущем.
Е. Н. Полуэктов
При перепечатке материалов ТПП-Информ ссылка на интернет-издание обязательна.
- Рассказать друзьям:
-
06 февраля 2012 г.
Демократия и качество государства
-
06 февраля 2012 г.
Россия в петле коррупции
-
06 февраля 2012 г.
Российская экономика: 20 лет спустя
-
05 февраля 2012 г.
Уроки гайдаровских реформ не усвоены
-
04 февраля 2012 г.
Станет ли Китай мировым лидером?
-
03 февраля 2012 г.
Стратегия 2020: здоровье нации
